Промокший до нитки, Дэндзи прижался к стене, стараясь укрыться от разбушевавшейся стихии. Свидание с Макимой, которого он ждал, казалось, целую вечность, снова сорвалось. Капли дождя стекали по его куртке, напоминая о бесконечной череде разочарований. Он уже представлял, как снова будет сидеть в одиночестве в своей крошечной комнатке, слушая, как воет ветер.
Спасительным островком в этом потопе оказалось небольшое кафе с теплым светом в витрине. Дэндзи, не раздумывая, рванул к входу. Дверной колокольчик прозвенел, возвещая о его появлении. Внутри пахло кофе и свежей выпечкой.
— Добро пожаловать! — раздался спокойный голос.
За стойкой стояла девушка с рыжими волосами, собранными в небрежный хвост. На её фартуке красовалась маленькая брошка в виде клубнички. Это была Резе. Она взглянула на Дэндзи, который походил на вымокшего щенка, и её лицо озарила мягкая, понимающая улыбка.
— Выпьете что-нибудь горячее? Похоже, погода сегодня не на вашей стороне, — сказала она, уже доставая большую кружку.
Разговор завязался сам собой. Не было никаких натянутых пауз или неловкого молчания. Резе оказалась удивительно простой в общении. Она рассказывала о том, как переехала в этот район, смеялась над неуклюжей попыткой Дэндзи отжать свою куртку у раковины. В её присутствии не нужно было притворяться кем-то другим — охотником на демонов, сильным и неуязвимым. Здесь он мог быть просто Дэндзи, промокшим парнем, у которого отменилось свидание.
Дождь за окном постепенно стихал, превращаясь в мелкую морось, но Дэндзи не хотелось уходить из этого уютного мирка. Когда он наконец собрался, Резе протянула ему бумажный пакет.
— Возьмите, на дорогу. Это наш фирменный булочка с корицей. Чтобы день стал хоть немного слаще, — снова улыбнулась она.
С этого момента что-то незаметно переключилось. Обычные дни Дэндзи, состоявшие из ожидания звонка от Макимы и рутинной работы, приобрели новый оттенок. Теперь по дороге домой его шаги сами невольно замедлялись у знакомой витрины. Иногда он заходил просто так, под предлогом купить кофе, и они с Резе обменивались парой ничего не значащих фраз о погоде или новом сорте чая. Эти короткие встречи, словно маленькие островки спокойствия, начали менять ткань его повседневности. В его жизни, полной борьбы и напряжения, появилось тихое, тёплое место, где его ждали без всяких условий. И хотя мысли о Макиме по-прежнему занимали его сердце, в нём начало зреть смутное, новое чувство — ожидание этих простых, светлых моментов среди запаха кофе и доброй улыбки.
