Детство Шелдона Купера в маленьком техасском городке было совсем не простым. Его необыкновенный ум, способный постигать сложнейшие научные концепции, становился источником непонимания даже в собственной семье.
Мать Шелдона, Мэри, была глубоко верующим человеком. Её мир вращался вокруг церкви, молитв и веры в промысел Божий. Попытки сына объяснить устройство вселенной с точки зрения физики она часто встречала с доброжелательным, но твёрдым скептицизмом. Для неё истина была одна, и находилась она в Священном Писании, а не в учебниках по квантовой механике.
Отец, Джордж-старший, тоже жил в своём мире. Бывший футбольный тренер, он находил утешение в трёх вещах: любимом кресле, холодном пиве и бесконечных спортивных трансляциях по телевизору. Между ним и сыном пролегла целая пропасть. Джорджу были чужды рассуждения мальчика о теории струн. Он гораздо лучше понимал язык спортивной статистики и тактических схем на футбольном поле. Их диалоги часто напоминали разговор двух людей на совершенно разных языках.
Со сверстниками ситуация складывалась ещё сложнее. Пока другие мальчишки гоняли мяч во дворе или собирали модели, Шелдона волновали совершенно иные вопросы. Обычные детские игры казались ему примитивными и неинтересными. Его мысли занимали проблемы, которые не приходили в голову ни одному ребёнку в округе. Например, где в Восточном Техасе можно раздобыть образцы обогащённого урана для проведения важного, с его точки зрения, эксперимента. Подобные запросы не делали его популярным на детской площадке, а лишь отдаляли от ровесников, которые видели в нём странного и заносчивого выскочку.
Таким образом, юный гений рос в атмосфере двойного одиночества. Дома его гениальность наталкивалась на стену доброжелательного, но полного непонимания. За пределами дома она делала его изгоем. Единственным убежищем для Шелдона становились книги, научные журналы и его собственный, невероятно сложный и упорядоченный внутренний мир, который он выстраивал по своим, строго логичным законам. Этот уникальный опыт закалил его характер, сформировал ту самую личность, которая в будущем сможет покорить вершины теоретической физики, но сделала его путь к этим вершинам тернистым и очень одиноким в самом начале.
